Что нашёл, что потерял Кыргызстан в ЕАЭС?

Обратите внимание на дату публикации.

Со времени присоединения Кыргызстана к ЕАЭС не утихают дискуссии по плюсам и минусам членства в организации. Противники вступления критиковали, что здесь доминирует политическая сторона, нежели экономическая выгода. Правительство заявляет, что это был очень важный и необходимый шаг.

Генпродюсер Кыргызской службы Би-Би-Си Гульнара Касмамбетова и наш корреспондент Абдыбек Казиев пригласили на дискуссию экс-премьер-министра Темира Сариева и экс-депутата Жогорку Кенеша Омурбека Абдрахманова, обсудив с ними плюсы и минусы экономического объединения.

Би-Би-Си: Кыргызстан c 1998 года является членом Всемирной торговой организации. Часто задается вопрос, насколько необходимо было Кыргызстану, состоящему в организации мирового значения, вступать в объединении, где членами состоят считанные государства. Ваше мнение по данному поводу? 

Т. Сариев: Во-первых, мы состоим во Всемирной торговой организации, не выходили оттуда и не выйдем. Всемирная торговая организация не создает никаких препятствий для вступления в Евразийский экономический Союз, напротив, для нас открываются дополнительные возможности.   

Би-Би-Си: Наибольшие объемы необходимых товаров, начиная с нефтепродуктов, завозятся из России и Казахстана. Ведь звучит мнение, после членства в ЕАЭС они ввозятся в том же объеме, но по низкой цене? 

О. Абдрахманов: Вступившие в Таможенный союз в основном аргументируют тем, что товары поступают из России. Но в выигрыше оказывается не купивший товар, а продавший. России требуется продавать свои нефтепродукты, металл и древесину. Поэтому это неправильный подход. Вопрос должен ставиться иначе: смогли мы на равных конкурировать с ними после вступления в интеграцию? У них, сравнительно с нами, есть много преимуществ: богатые нефтепродукты, газ – на средства от них можно сделать многое. То же и в Казахстане. А у нас нет таких больших ресурсов. Мы государство, которое выживает за счёт относительно либеральной экономики. Присоединившись к ним, мы вынуждены исполнять их основные законы. Это означает, что наши законы развития кардинально противоречат их законам. Для нас было бы лучше не вступать в объединение, но раз вступили, то должны были начинать совершенно другую экономическую политику. К сожалению, этого не сделано. 

Би-Би-Си: Как известно, экономика Кыргызстана более слабая, сравнительно с экономиками партнеров из ЕАЭС. На чем надо акцентироваться в таких условиях нашей экономике?   

Т. Сариев: Если рассмотреть наши экспортные возможности, то на сегодняшний день, включая золото, 50% уходит в Россию и Казахстан. Если рассматривать с включением золота, то 70% произведенной продукции вывозятся в Россию и Казахстан. Наш рынок, о котором сказал здесь Омурбек Абдрахманов, находится там, мы не сможем продавать в Китай. Также не можем продавать переработанную сельскохозяйственную продукцию в Европу. Во-вторых, мы получаем необходимые нам нефтепродукты не из Китая, Ирана или Узбекистана, получаем в основном из России и Казахстана. 98% поступает из России. Если они введут экспортную пошлину, то цены повысятся. Если повысят тарифы, то это также ударит по нашему карману. Поэтому необходимо это учитывать, когда говорим на эту тему. Конечно, нам необходимо вести другую политику, потому что существует политика защиты собственного производства стран-членов интеграционного объединения. 

Би-Би-Си: Вы сами работали в стране премьер-министром, вы сейчас говорите про сегодняшний экспорт и импорт. Почему на протяжении стольких лет Кыргызстан не может наладить собственное производство? 

Т. Сариев: Когда отдельные лица говорили об ЕАЭС, упоминали про застой на Дордое. Напротив, когда я пошёл в парламент, Министерство экономики, говорил ещё тогда, что в случае вступления в интеграцию создаются условия для развития производства, откроется рынок сбыта произведенной продукции. В прошлом говорили, что имеется такой рынок Дордой и выставляли это в качестве крупного достижения. В действительности нам надо переходить на производство. На сегодняшний день, к сожалению, существует только мелкотоварное сельскохозяйственное производство, объема нет, потому что нет рынка сбыта. Куда они пойдут сбывать? Вот сейчас этот рынок открывается. Во-вторых, не созданы условия для производства. Когда я был премьером, мы убрали налог с продаж, раньше он составлял 2%. Кроме того, начали вводить ряд других преференций, направленных на развитие производства.   

Би-Би-Си: В то же время вы сказали, что не были совершенно готовы к вступлению объединения, но не прошло и нескольких месяцев после этой встречи, как страна вступила в интеграцию без всякой подготовки. Какие меры были предприняты после вступления для подъема производства, о котором вы говорите?   

Т. Сариев: Если бы так и пребывали в ожидании, то готовности не было бы и на сегодняшний день, у нас ограниченные возможности. Получили 200 млн долларов, на эти деньги начали строительство собственных лабораторий, модернизацию в соответствии с современными стандартами пограничных и таможенных пропускных пунктов. Во-вторых, получили 500 млн долларов из Кыргызско-Российского фонда. Указанная сумма стопроцентно выделятся на производство. Сняты таможенные посты. Конечно, здесь есть трудности, немного запаздывает ветеринарный контроль. 

Би-Би-Си: Омурбек Абдрахманов высказывал критику, что этот проект не имеет четкого экономического обоснования и основан на политическом решении, что страна вступает без подготовки, проводил акцию протеста. Какие конкретные факты вы бы назвали?   

О. Абдрахманов: После нашего вступления в объединением должен ставится вопрос: за счёт каких своих преимуществ мы достигнем победы. Мои друзья в Казахстане посадили яблони, им выдали 120 тысяч долларов гранта, это помимо кредита. В Узбекистане на 72 тыс. гектарах посадили яблони по европейской технологии с верхним покрытием, у нас такой помощи нет. Российские деньги, о которых говорится, не решат проблемы Кыргызстана. После присоединения нам следовало ввести собственную либеральную экономическую политику, создать условия для привлечения инвесторов. Сейчас нет ни одного инвестора, не вкладывают свои средства даже здешние олигархи, не говоря уже об инвесторах, потому что везде коррупция. Я получил 25 гектаров земли и работаю по проекту интенсивного садоводства европейского типа. Получил российский трактор "Уралец". 99% этого самого "Уральца" оказались китайскими, Россия, оказывается, уже не может выпустить не одного трактора. От России нам не может поступить технологий или чего другого. Они приняли политическое решение, чтобы получить территорию для сбыта своих товаров. 

Би-Би-Cи: Темир мырза, вы сказали, что для нас открылся российский и казахстанский рынок. Но в то же время говорится, что для отечественных производителей создалась трудная ситуация. Насколько может затянуться такая картина? 

Т. Сариев: Многие понимают неправильно. Это конкуренция. Многие рассчитывают, что вступление в ЕАЭС автоматически обеспечивает экспорт отечественных товаров в другие страны. Мы сейчас можем продавать в любые места, но другой вопрос, что, как, в каких объемах продавать. Необходимо привнести новые технологии, открыть новые направления. Во-вторых, по либеральным законам: в Белоруссии НДС составляет 20%, в Казахстане – 12%, Российской Федерации – 18%, у нас – 12%. Налог на прибыль в Белоруссии составляет 24%, Казахстане – 20%, России - 24%, у нас – 10%. Это означает, что у нас самые либеральные законы. В первую очередь, мы должны знать культуру полного исполнения законов. 

Би-Би-Си: Перейдем к точным цифрам. Согласно данным Национального статистического комитета, объем экспорта уменьшился, импорт вырос. Как будет дальше развиваться эта тенденция, что изменится, не окажется ли Кыргызстан полностью зависимым от импорта? 

Т. Сариев: Если не вступили бы в Таможенный союз, то объём импорта вырос бы еще больше, потому что рост импорта и уменьшение экспорта в последние времена совпало с девальвацией российского рубля и казахстанского тенге. 

Би-Би-Си: Предусмотрены ли механизмы применения каких-либо рычагов, если произойдет подобное? 

Т. Сариев: Предусмотрены, мы разработали базовые, оптимистические и самый нижний, пессимистический, сценарий. В течение нескольких лет, по базовому сценарию, рост должен был вырасти с 1-1,5% до 2,5 %. В 2016 году рост составил 3,5%. Мировая конъюнктура тоже несколько изменилась. Снижение цен оказывает свое воздействие. В основном снижение объемов торговли связано со снижением цен на нефть, металл, дерево. Физический объём не уменьшился. 

О. Абдрахманов: Хочу привести один только пример, когда Темир Сариев был министром экономики, "Газпрому" отдали монопольные возможности, остальное тоже отдали российской "Роснефти". Сейчас они ставят такую цену, какую захотят. А наши радуются, что они построили несколько спортзалов. Никогда ни одно государство не должно отдавать монополию в чужие руки. Не сможем в дальнейшем экспортировать. Правильно говорит Темир Сариев, что у нас есть только одна возможность экспортировать. Это сельское хозяйство. Если мы создадим основы либеральной экономики, тогда надо открывать заводы всех брендов. Но по нынешним условиям к нам не придет ни один человек, поэтому в дальнейшем начинаются трудности. Идут драки внутри Таможенного союза. Например, усиливается конфликт между Россией и Беларусью. У этого объединения нет будущего. Один только вопрос: если были членом Всемирной торговой организации, почему тогда не пропускали наши товары? Этот вопрос я задавал, когда был членом парламента. "У России есть бананы? Темир Аргенбаевич! В Казахстане продаются бананы?" - спрашивал я, на что получил ответ, что продаются в больших объемах. Тогда почему не продаются наши яблоки? Потому что они специально чинили препоны, ради политики насильно загнали нас в объединение.  

Т. Сариев: Если будете выращивать хорошие сорта яблок, в больших объемах, будут возможности для сбыта. Создаются логистические центры, которые достигли договоренности с крупными казахстанскими, российскими маркетами. Но здесь нет достаточного объема, соответствующего стандарта качества. Но все эти вопросы решаются. В отдельных случаях, заявляющие о либеральной экономике сами себе противоречат. Например, только что Омурбек Абдрахманов сказал, зачем отдали "Газпрому"? Что если завтра придет крупный бренд, мы могли бы производить и продавать их продукцию. "Газпром" тоже мировая компания. 

О. Абдрахманов: Речь идет о монополии...  

Т. Сариев: Они пришли сюда и обеспечивают бесперебойное газоснабжение. Раньше мы получали по 240 долларов, сегодня получаем по 160 долларов. Таковы реалии. 

Би-Би-Си: Если завтра не будет ожидаемых результатов по ЕАЭС, кто возьмет ответственность на себя? Например, если будет продолжаться сокращение экспорта и рост импорта...

Т.Сариев: Безусловно, ответственность возьмет действующее правительство, потому что там созданы все условия. Если бы мы не вступили, то сегодняшняя наша ситуация была бы ещё хуже. Этого нельзя забывать. В Россию мы отправляем 36% плодоовощной продукции, 64% хлопка, 42% стекла, 29% производимых электромашин и аппаратов, 35% радиаторов. В Казахстан – 100% экспортируемой электроэнергии, 83% молочных продуктов, 45% плодоовощной продукции, 73% мяса, 96% швейной продукции. Именно здесь самый большой рынок для нашего производства. Мы открыли этот рынок. 

Би-Би-Си: В 2014 году из третьих стран в Кыргызстан были завезены 106 тысяч автомашин. В 2015 году – около 2000 машин, а в 2016 году – более 200. Вы согласны с тем, что внешняя торговля Казахстана замедлилась? 

Т. Сариев: Нет, это не так, потому что в 2014 году, когда мы выступали в Таможенный союз, должны были ввести повышенные пошлины на автомобили, особенно на старые. Тогда большинство завозились из-за границы, чтобы перепродавать их в России и Казахстане подороже. Ежегодно в Кыргызстан в среднем завозили около 30-33 тысяч автомашин. Но сейчас количество сократилось, потому что завезли двухлетнюю норму, рынок переполнен. Есть трудности, никто их не скрывает. Увеличилось число высказывающих критику, читающих наставления. Не понимают глубоко вопрос, считают, что можно легко всё сделать. После вступления в ЕАЭС созданы хорошие условия для мигрантов, швейников. Трудным остается вопрос мясо-молочной продукции. Их надо экспортировать. 

О. Абдрахманов: После вступления в ЕАЭС надо было в полном объеме воспользоваться предоставленными возможностями. Но в нынешних условиях этого мы сделать не сможем. Приведу в качестве примера Объединенные Арабские Эмираты, я начинал свой бизнес в этой стране. Воды нет, жаркий климат, но при этом самое развитое государство в мире. То же самое с Сингапуром. Мы могли стать такими, как они, внутри ЕАЭС, тогда у нас было бы будущее. Несмотря на планы построить заводы и т. п., мы никогда не сможем пробиться вперед с российскими инженерами и большими казахстанскими деньгами. 

Источник: Кыргызская служба Би Би Си