Метадон – бизнес Ниязалиевой?

Автор: Бегайым ТАЛАНТБЕКОВА, Барчын АСАНОВА
Ачык Саясат плюс Ачык Саясат плюс
Обратите внимание на дату публикации.

Что такое метадон?

Метадон, или адольфин, впервые был изобретен в 1944 году в фашистской Германии, и в честь Адольфа Гитлера был назван адольфином. Он появился в то время, когда не могли найти средства для быстрого обезболивания раненых солдат.

После окончания войны англичане раскрыли методику его изготовления. Позже, в 1954 году, препарат переименовали в метадон.

Клинические испытания были проведены в 1946 году в госпитале Кентукки США, где установили его свойства наркотического анальгетика, наподобие морфина, но с более длительным воздействием, приводящим человека к эйфории.

Идея применять метадон вместо героина появилась в 1955 году в стенках Нью-Йорской медицинской академии.

Такова предыстория препарата метадон, вызвавшего в народе заинтересованное обсуждение. Лечение наркоманов препаратом метадон началось в США и постепенно распространилось по другим странам.

Как показывает опыт всех врачей мира в 70-х годах 20-го века, применение метадона как заменяющего героин препарата привело к появлению группы еще более тяжелых наркоманов. В этом случае люди просто не могут выживать без метадона.

В данное время все государства, ранее применявшие программу лечения метадоном, отказались от него. Швейцария, Австралия, Бельгия, Великобритания снова начали давать героин, поскольку та терапия себя не оправдала.

С каждым днем увеличивается число умерших от метадона. Решение было принято в мае 2009 года. Как показала жизнь, лечение метадоном не дает никаких результатов. Оно еще больше увеличило армию “тяжелых”, ни на что не годных людей.

Опасный метадон в Кыргызстане

В Центральной Азии первой ввела метадон в 2002 году Кыргызская Республика. Это было утверждено Министерством здравоохранения, выдано разрешение. Сначала начали применять его в Бишкеке и Оше, а сейчас в Канте, Кара-Балте, Токмоке.

Согласно постановлению правительства Кыргызской Республики за №759 от 31 октября 2006 года, метадон был внесен в списки самых жизненно важных препаратов.

У нас метадон применятся вместо героина и раздается наркоманам

Со времени реализации проекта с 2006 года, количество потребляющих наркотики людей, наоборот, выросло в 2 раза.

К примеру, если в 2006 году было 7842 человека, то в 2008 году их число возросло до 9314. Если количество зараженных ВИЧ-инфекцией в 2006 году было 1070, то в 2008 году достигло 2031.

В 2009 году зарегистрировано 9172 наркомана. Из них 6574 - инъекционные наркоманы.

На сегодняшний день, по неофициальной информации, в Кыргызстане количество наркоманов превышает 100 000 человек.

В июне 2009 года международный комитет по контролю наркотиков повысил квоту для Кыргызстана. Вместо прежних 9,5 кг метадона поступает 30 кг.

Порошок принимает Республиканский онкологический центр. Хранится в специализированных больницах.

Еще в 1970-х годах на 23-й сессии ООН по результатам научных исследований было сказано об опасности применения метадона в качестве лекарственного препарата и предложено отказаться от него.

Ряд государств мира отказался от указанной программы, общественные организации боролись против него, но сторонники метадона высказывают несколько аргументов. Вот некоторые из них:

По сравнению с героином воздействие метадона более длительное, что создает условия для его пролонгированного приема.

В самом деле, действие метадона в организме длится 24-30 часов, а героина – 6-8 часов. Однако, если потребитель героина принимает его в среднем один раз в 2-3 дня, то с метадоном этот срок невозможно вытерпеть. Сразу начинается «ломка», из которой совершенно невозможно вывести.

Метадон оказывает в 2 раза больше отрицательного воздействия, чем героин. Вместе с разрушением внутренних органов он вымывает кальций. Человек на вид становится серо-землистого цвета, кости становятся хрупкими и быстро ломаются. Нарушается и психика.

Метадон применяется в виде таблеток. Кроме того, метадон не дает чувства «блаженства», как героин или другие наркотики.

Ранее испытавший эйфорию и блаженство человек стремится к достижению таких ощущений, и колется героином. Таким образом, он становится зависимым не от одного, а от двух наркотиков.

Метадон бьет по наркомафии

Судебные расследования тайной продажи метадона в Бельгии закончились скандалом. Государство выдавало метадон наркоманам, а они, получив его, продавали и делали бизнес. Использовали все наркотики, не входящие в врачебный контроль, поскольку они более дешевы, чем героин.

В Кыргызстане в октябре 2008 года в Ошском наркологическом диспансере была поймана медсестра во время продажи метадона, о чем писали СМИ. Такие же обстоятельства зарегистрированы в Австралии, Копенгагене.

Мнения наркомана, вошедшего в программу метадон, и гражданина, терпящего мучения из-за зависимости от метадона:

«Я не могу жить без метадона!»

- То, что я говорю – правда, но пишу с надеждой на сохранение полной анонимности. Если узнают о моей жалобе, то лишусь «дозы». А без нее я не смогу жить.

Я, как и другие, употреблял наркотики.

В этом году исполняется 3 года, как я вошел в программу метадон. Наверное, я до конца своей жизни буду раскаиваться за переход на метадон. Сначала, когда его пьешь, ничего не замечаешь, чувствуешь себя как всегда.

Несчастья начинаются через 3-5 месяцев. Когда поймешь, что вошел с головой, то уже поздно. Своими силами его не бросишь, поскольку «кайф» от метадона очень силен. За 5 месяцев организм привыкает, и за одну «дозу» готов прыгнуть в огонь. Спроси любого наподобие меня, все скажут: Метадон – это самоубийство.

Поймите, без «геры» можно терпеть 7-10 дней, можно жить, а метадон не такой – это смерть, он толкает в пропасть.

Это синтетика, как бы ни был силен организм, она сожрет его и успокоится. С течением времени «метадонщики» начинают колоться димедролом, потому что после таблетки действие начинается только через 20-30 минут.

Мы не можем этого вытерпеть, растворяем таблетки димедрола в воде, вливаем себе в вены, ждем «прихода». Говоря иначе, мы расслабляемся и входим в блаженство, как при употреблении «геры».

Насколько я наслышан, в каждом уголке Кыргызстана открываются пункты выдачи метадона.

В нашем городе Кант на курсах зарегистрировано 147 человек. Представьте себе, сколько всего по всей стране? Выходит одна армия.

Метадон только временно дается «на халяву». Скоро жизнь-«лафа» закончится. После того, как нас всех «подсадят», мы добровольно будем покупать яд и начнем постепенно убивать себя.

Короче, мы должны сохранить нацию. Таких как я, «привязанных» к метадону, теперь никто не сможет повернуть назад.

Но пока ни в чем не повинные люди не стали такими как я, нужно остановить это! Я понимаю, у них камень за пазухой. Перед включением нас в (программу) метадон они агитируют людей, просто не отставали от нас.

Если раньше мы были свободными потребителями наркотика, то теперь мы бессильные, как веревкой за шею привязаны, больные, зависимые люди.

Оказывается, невозможно вырваться из лап химии. Я тоже каждый день вечером даю себе клятву, что утром не пойду, не приближусь. Но с восходом солнца сам не замечаю, как дохожу туда.

Наши Кантские «метадонщики» присоединяются к моим словам. Ведь это равноценно истреблению нации. Мы хотя и наркоманы, но тоже граждане этой страны… Кто нам поможет…

Так пишет наш соотечественник, 35-летний Саша (имена изменены) в своем анонимном письме.

Еще тяжелее положение Бануры, страдающей от того, что выросший вместе с ней родной брат погружается в болото наркомании, она не знает, что делать. Я переступила порог ее дома и сразу в глаза бросилась тяжелая аура, неприятный запах, лицо отчаявшейся обессиленной келин. Кажется, только смех маленьких детей смывает печаль вокруг.

Банура А., сестра наркомана: «От метадона появляются не только язвы, но поражается и психика. Он гонялся за мной с ножом, отнял покой у соседей»

- Нас двое родных: брат и я. Когда мне было 11 лет, мы лишились матери, а в 13 лет – отца.

Какое бы участие не принимали в нас родственники, но брат уже с 14-15 лет не стал приходить домой, связался с плохими ребятами, вступил на дурной путь. Уже не помню, когда он подсел на иглу, я тогда была маленькой. Помню смутно.

Однажды он вернулся из тюрьмы, в ложке смешал черную жидкость и разогревал ее над огнем, только тогда я поняла. С тех пор мы с братом не в ладах.

Попытки родственников лечить его, прекратить это ни к чему не привели. У меня есть 4 детей. Старшему 7 лет, младшему 4 месяца. Мы тоже не шикуем, в наше время тоже нелегко сидеть дома с грудным младенцем, одевать и кормить 4-х детей.

Вот он захотел уйти от иглы и вошел в программу метадон. Утром уходит, как на работу, в городскую больницу и получает свою дозу.

До вечера терпит, а с наступлением вечера уходит в свою комнату и начинает делать свои дела Видимо, не получает «кайфа» от лекарства, и поэтому дополнительно чем-то колется. На руках, на запястьях нет следов иглы.

Мы с тетей думаем, не начал ли он колоться в ноги. На коленях, на голенях появились непонятные язвы, их с каждым днем все больше. Судя по тому, что я слышала, от метадона появляются не только язвы, но поражается и психика.

В последние дни он стал агрессивным, начал раздражаться. 2-3 дня тому назад он гонялся за мной с ножом и до утра лишал покоя соседей. Теперь они собираются пожаловаться в милицию.

В течение одного года он много раз падал без сознания. Даже если ударится головой об стену и разобьет себе голову, он не чувствует боли. Он не знает, что случилось, каким местом ударился и когда упал.

Его знакомый, живущий неподалеку от нас, только недавно умер от метадоновой «ломки». С тех пор и брат не может придти в с себя. Исхудал, только плечи выпирают.

На сегодня ему самому хочется бросить, надоела ему такая жизнь. Как бы я ни старалась отлучить его, но к сожалению, мои возможности ограничены.

Теперь Кыргызстан – страна не наркотрафика, а наркоманов?

Не будем далеко ходить, когда в тех же соседних Узбекистане и Казахстане отказались (от метадона), а президент Д.Медведев в РФ, где официально зарегистрировано 2,5 миллиона наркоманов, наложил строгий запрет на него, наши чиновники вышли с предложением узаконить, «легализовать» метадон, что вызывает раздражение.

Одна из «пламенных» сторонников узаконивания терапии метадоном – наша депутат из СДПК Дамира Ниязалиева. Заставляет задуматься: эта гопожа депутат в последнее время делает заявления, повергающие человека в «шок».

Было много волнений когда хотели построить в нашем маленьком государстве 8-ю биолабораторию, работающую с ядовитыми веществами. Так и осталось загадкой, почему в самом начале говорили о строительстве предприятия по сертификации продовольственной продукции по мировым стандартам, которое потом превратилось в биолабораторию, а названные в начале 40 миллионов долларов достигли 60 миллионов долларов.

Как можно понять, что еще не утих скандал с несчастной биолабораторией, а сейчас выступают за лечение наркоманов метадоном?

Такая информация породила в народе жаркие разговоры, и утверждения: «Ниязалиева не боится нанести ущерб народу?! Она принесет в жертву всю нацию ради доходов собственного бизнеса?» - как ни горько признавать, являются правдой!

В наши дни, названные веком науки и техники, созданы широкие возможности к получению информации.

И в таких условиях нас обманывают как 5-летних детей и что, если не абсурд, утверждение: мы лечим наркоманов наркотиками?! Тогда давайте собственноручно раздавать алкоголикам водку, токсикоманам – клей и убивать их.

Если сегодня узаконить метадон, сложить его в больницах (раз метадон назван жизненно важным препаратом, он обязательно должен быть в каждой больнице), то кто может гарантировать, что живущие в переходный период подростки, не знающие, к кому пристать, не попробуют его?!

Когда это наши продавцы соблюдали правила, я своими глазами вижу, как продавец вручает 5-летнему ребенку 5 бутылок пива. Кто может с уверенностью сказать, что выдавая сегодня наркотики, а завтра как болеутоляющее от болезней, мы постепенно все не «подсядем» на метадон?

Читатели могут сказать, что я преувеличиваю, но мы в нашем Кыргызстане уже ничему не удивляемся. Что мы смогли сделать с теми, кто на глазах истребил сто человек, и ушел как ни в чем ни бывало? Спаси Бог, но, понятное дело, мы тогда будем зваться не страной наркотрафика, а страной наркоманов.

Метадон – это только маленькая часть глобальной политики, один из способов истребления нации вроде массового психоза, и это ясно как день.

Некоторые аналитики заявляют, что распространители метадона потеряли рынки в Европе и Америке, но нашли новые выгодные рынки, продолжают свой доходный бизнес, полагая, что этого не понимают все граждане.

В то время как другие государства отказываются от этой опасной вещи, есть люди, которые занимаются вредными веществами и стремятся распространять метадон через таких людей, как Ниязалиева, преследующая собственные интересы.

Эльмира Исмаилова, член инициативной организации по защите прав человека: «Метадон – это очень опасный наркотик. Людей, потребляющих метадон, мы не сможем остановить никаким путем».

- Я против терапии метадоном, поскольку он является сильным наркотиком. 1 грамм метадона приравнивается к 4 граммам героина. Следовательно, человек, выпивший 50 граммов сиропа метадона, оказывается в положении человека, вколовшего себе 200 грамм героина. Из этого положение у человека совсем нет выхода.

С медицинской точки зрения, метадон – это очень опасный наркотик. Тех, кто сейчас принимает метадон, мы не можем остановить никаким способом. Теперь наша обязанность – удержать и не позволять дальнейшего распространения метадона.

Неверно также мнение, что он останавливает заболевания ВИЧ-СПИДом. Употребляющие метадон дополнительно колются димедролом. А сколько зараженных СПИДом половым путем. У нас же по халатности врачей заразили даже маленьких детей.

Лечение наркомании метадоном неэффективно.

Эрнет Абдыжапаров, снявший фильм «Ловушка», освещающий вышесказанную проблему с метадоном, тоже подвергся давлению со стороны приверженцев метадоновой терапии.

Сейчас накладывается запрет на показ фильма. С его слов, метадон – это один из новых путей получения денег от государства.

Он говорит: «Когда две горы дерутся, посредине гибнет муха», - то, что народ такой маленькой страны как наша, приносится в жертву - это неправильно».

Эрнест Абдыжапаров, режиссер: «Меня обвиняют в том, что я выполняю чей-то заказ».

- Против фильма выступили депутат Дамира Ниязалиева, ряд НПО, прельстившиеся небольшими деньгами врачи-наркологи.

Этот фильм не говорит: давайте уничтожим метадон, не будем давать его наркоманам. Он всего лишь преследует цель поднять этот вопрос перед общественностью. На информационном собрании грозили подать на меня в суд. Когда же отчаялись, призвали смотреть фильм за закрытыми дверьми.

На закрытом просмотре были только представители НПО, Д.Ниязалиева, журналисты и я. Честно говоря, они меня “рвали”, как “глухого изорвали собаки”. Я по возможности постарался дать ответ им всем.

В завершение Ниязалиева спросила: “Столько народа согласны, а вы против?” Я сказал: “Почему все отказались, например, Россия: “Близко не подпустим”, - а Кыргызстан должен принять его?”

Она ничего не ответила.

На меня вешают вину, что я выполняю чей-то заказ. Меня никто не подкупил. Мы отсняли все как есть на самом деле. Никто не вынуждает, каждый высказывает свое мнение. Наверное, к моему мнению присоединятся те, кто его посмотрит.

Существует международная гражданская комиссия по защите прав человека. Мы получили информацию оттуда. Им и дела не было, что снимается кино, даже не поинтересовались.

Эта терапия требует жесткого контроля.

Например, она эффективна в тюрьмах, поскольку все осужденные находятся перед глазами врача, под их контролем. Ну, а если приходящие в больницу (за метадоном) завтра не придут, то никому до этого нет дела. Если завтра они умрут, никто не спросит о них: где они?

Они ведь составили договор, что в случае своей смерти ни к кому никаких претензий не имеют. Тех, кто ходил-ходил, а потом перестал, ожидает только 3 судьбы: совсем излечился; переехал в другое место; умер.

Я не присоединяюсь к “совсем излечился”; если человек является наркоманом – куда он может переехать? Значит, умер. Кто ответит за это?  Есть разные приемы бросить колоться человеку, у кого хватит воли.

Разве обязательно надо применять второй наркотик? Только вчера один из героев, снявшийся в фильме, вышел на связь со мной и сказал, что за то, что он снялся в фильме, ему в больнице уже 5 дней не выдают дозу медатона, он еле-еле через других получил его. Что это за диво такое?

От редакции:

В настоящее время количество молодежи, которой выдают медатон, растет с каждым днем. Теперь они никогда не избавятся от него.

У нас нет других слов, кроме как сказать: будь они неладны выходки Дамиры Ниязалиевой, поднимающей инициативу узаконивания в Кыргызстане такой угрожающей болезни. Будто нам больше делать нечего, с целью узнать мнение мы несколько раз выходили на связь с Ниязалиевой, которая собирается  “обрубить топором” судьбу нации.

К сожалению, госпожа Дамира сказалась занятой, а потом и вовсе отключила телефон. Мы продолжим изучать этот проблемный вопрос, а также ожидаем откликов читателей.

Источник: газета “Ачык саясат плюс” № 27 от 02.12.2011 / стр. 1, 4 и 5

  https://www.gezitter.org/society/7196/ Ссылка на материал: