Казахстан и Узбекистан – в главных ролях в Центральной Азии. А Кыргызстан?

Обратите внимание на дату публикации.

О том, как Узбекистан усиливает свое влияние на соседей, как Ташкент переходит на этап развития, рассказал в интервью агентству haqqin.az российский эксперт Александр Князев.

- Некоторые эксперты предрекали Узбекистану в случае смерти Каримова внутриполитическое противостояния между политическими элитами за власть. В ходе которой в стране возникла бы нестабильность и раскол общества. Почему, на ваш взгляд, этого не произошло?

- «Предрекавшим экспертам» я бы посоветовал прежде чем заниматься прогнозированием – изучить страну. Ну или сменить статус «эксперта» на «предсказателя». В Узбекистане за постсоветское время создана наиболее консолидированная в сравнении со всеми другими странами региона политическая элита, сориентированная не на кланово-региональные, а на общенациональные интересы.

Это относится и к молодому поколению политической элиты, сейчас уверенно входящей в структуры государственного управления, в политическую жизнь и в бизнес.

Отдельные внутриэлитные противоречия были, конечно, без противоречий не бывает развития. К таким эксцессам я бы отнес, в частности, отставку бывшего первого заместителя председателя СНБ Шухрата Гулямова и последующий судебный процесс в отношении него. На мой взгляд, это тот случай, когда персонаж не вписался в общий процесс, основные контуры которого были проработаны еще самим Исламом Каримовым.

Консенсус в политической элите проецируется и на общество в целом, конечно, как всегда и везде, не все довольны происходящим, но это вовсе не означает, что существуют какие-то принципиально важные, сущностные расколы в обществе и, тем более, объективные предпосылки какой-либо нестабильности.

- Когда все узнали, что возможным президентом станет Мирзиеев, про него говорили, что он еще жестче чем Каримов. Однако за год своего правления он если не кардинально, то существенно проводит реформы, направленные на развитие страны в разных сферах. Открывает границы для туристов пусть и не полностью, но все же, решает годами копившиеся проблемы с соседями. Это ли не показатель, что Узбекистан сейчас набирает вес в регионе?

- По границе с Кыргызстаном формально подтверждены только все те вопросы, решения по которым были согласованы давным-давно, наиболее конфликтные участки границы таковыми пока и остаются, просто пока со стороны Узбекистана есть заинтересованность в их замораживании. Что и происходит.

Туризм в Узбекистане и раньше существовал и развивался, здесь я также не вижу особых подвижек, желание есть, но помимо желания нужно еще развивать и соответствующую инфраструктуру: транспортную, гостиничную и т.д., чем сейчас в Узбекистане и занимаются, насколько мне известно.

Большинство проводимых реформ в основных чертах намечались и ранее, а не реализовывались просто в силу излишнего консерватизма управленческой системы, которая сегодня, действительно, становится более гибкой и в большей степени отвечающей потребностям времени, потребностям развития.

Говорить о чем-то революционно принципиальном, за исключением реформы валютной сферы, я бы пока поостерегся, процесс реформ спланирован как эволюционный и в таком виде пока и происходит, за ним нужно еще понаблюдать, серьезные выводы делать рановато.

Что касается «жесткости» или «мягкости» Каримова или Мирзиёева, этот вопрос вообще меня немножко веселит. Методы действий не нужно путать с целями и задачами. Думаю, что если возникнет проблема, затрагивающая принципиальные вопросы развития Узбекистана, угрожающая стратегическим интересам Узбекистана, «мягкость» Шавката Миромоновича быстро забудется, будто ее и не было.

Он оказался хорошим дипломатом, чего, кстати, мало кто ожидал, учитывая в большей степени «хозяйственную» биографию, Мирзиёев опирается на сильные дипломатические кадры, поэтому на месте партнеров Узбекистана я бы сильно не расслаблялся, а по всем вопросам двусторонних отношений искал варианты компромиссов.

«Вес» Узбекистана в регионе никогда не был малым, это всегда была страна, вокруг которой только и может существовать регион, иначе и говорить о регионе нет смысла. Рост региональной активности Узбекистана придает этому потенциалу нужную форму.

Если на протяжении четверти века под руководством Ислама Каримова основное внимание Ташкента было направлено на внутренние процессы, на постсоветское переформатирование страны по заданной Каримовым модели, можно было говорить об этом, перефразируя известное изречение: «Узбекистан сосредотачивался», то теперь начинается качественно новый этап, главной чертой которого я бы обозначил возвращение Узбекистана к статусу главного регионального актора, способного в своих национальных интересах серьезно влиять и на окружение страны.

Наверное, скоро мы будем свидетелями и определенной экономической экспансии Ташкента в странах региона, и распространения влияния через инструменты soft power, и много чего интересного.

- Сейчас Узбекистан активно ведет работу по налаживанию отношений с той же Россией, во время Каримова они были очень натянуты. Но вместе с этим он и не портит отношения с США давая понять Москве, что нужно будет принимать и позицию Узбекистана. Что вы думаете по этому поводу?

- Отношения Узбекистана с Россией давно не были натянутыми, о чем-то подобном можно говорить применительно к 1990-м годам или к тем эпизодам, когда в Москве кому-то очень хотелось вернуть себе роль «старшего брата» применительно к Узбекистану. Определенный рост активности в двусторонних отношениях обеспечивается законодательной базой как раз времен Ислама Каримова: это и договор о союзнических отношениях, это и первичный вариант соглашения по военно-техническому сотрудничеству, это и работа над соглашениями по миграционной политике, по поставкам сельхозпродукции, и много чего еще.

Стратегические принципы внешней политики Ташкента, сформулированные Исламом Каримовым, не просто остаются единственно действующими, но и однозначно демонстрируют свое соответствие национальным интересам Узбекистана, свою эффективность. Это приоритет двусторонних отношений и неучастие в многосторонних альянсах, влекущих изъятия из суверенитета страны (в ШОС можно участвовать, а в ОДКБ или ЕАЭС — нет), и это равноудаленное дистанцирование от мировых центров силы, будь то Россия, США или Китай.

Думаю, что в Москве, Вашингтоне и Пекине с этим в основном смирились и приняли для себя как факт. Это огромный успех внешнеполитической концепции Узбекистана, подобного успеха в своей внешней политике среди стран региона пока (но менее системно) добивается, пожалуй, только Казахстан.

- Есть ли связь между казахско-кыргызским конфликтом и улучшением узбекско-кыргызских отношений? Ведь КР занимает очень выгодное географическое расположение на карте, а за эту позицию не грех побороться?

- Географическое положение Кыргызстана — и в целом, и в данной ситуации, — имеет для Узбекистана только один смысл: это возможности транзита для более оперативного взаимодействия с Китаем. Речь о проекте железной дороги Кашгар-Ош-Андижан, этот вопрос, кстати, был и главной причиной недавнего визита Шавката Мирзиёева в Бишкек, все прочее, озвучивавшееся в Бишкеке — даже не вторично, а третьестепенно. В этом вопросе есть определенный конкурентный момент между Ташкентом (и Пекином) и, с другой стороны, с Астаной, а также Москвой. Бишкек в данном случае не имеет характера субъекта.

Ну, и в какой-то мере Ташкент в условиях кыргызско-казахстанского конфликта постарается (уже старается) расширить свое вхождение на рынки Казахстана и Киргизии, вытесняя в определенных сегментах рынка киргизскую продукцию в Казахстане, а казахстанскую — в Кыргызстане. Других заинтересованностей Ташкента в этом конфликте я не вижу.

- Армия Узбекистана является одной из самых мощных в ЦА. Почему же Ташкент категорически не намерен входить в ОДКБ, ведь другой альтернативы у него нет?

- Неучастие Узбекистана в ОДКБ — это не проблема Узбекистана, это проблема ОДКБ, это проблема невостребованности этого альянса для Ташкента. И это неучастие не нужно рассматривать в отрыве от общей внешнеполитической парадигмы Узбекистана, о которой я говорил выше.

К слову, военно-техническое сотрудничество Узбекистана с РФ в двустороннем формате, да и вообще сотрудничество в сфере безопасности, во многих случаях значительно более тесное и более доверительное, нежели у России с некоторыми странами-участницами ОДКБ. Армия Узбекистана действительно самая дееспособная в регионе, но ее использование нужно рассматривать не как, скажем, инструмент потенциального давления на кого-либо. Армия в Узбекистане — это инструмент сдерживания.

- По вашему мнению, какая страна ЦА является одной из ведущих и главным игроком в регионе или же станет им в скором времени?

- В Центральной Азии есть две страны, взаимодополняющие друг друга и являющиеся основой региона: это Казахстан и Узбекистан. Остальным нужно с этим просто считаться и свои национальные интересы формулировать, исходя из этого факта.

Источник: газета «Кабар Инфо» №1 от 05.01.2017 / стр. 7

  https://www.gezitter.org/interviews/66552/ Ссылка на материал: