Чолпон Джакупова, правозащитница: «Мы как-то поругались с Текебаевым»

Автор: Гульмайрам ТУРУСБЕКОВА
Баягы асаба Баягы асаба
18 октября 2013
Версия для печати
Обратите внимание на дату публикации.

- Чолпон айым, вследствие каких обстоятельств вы вмешались в политику?

- С политикой связана моя профессия. Говоря по правде, я устала от политики. Но у меня есть судебный процесс по 7 апреля. Поэтому вынуждена вмешаться в политику. Даже если не желаю, но выполняемая  работа требует этого. Но я не чрезмерно вмешиваюсь, я не депутат, в выборах не участвую. Всего-то, что я заявляю свое мнение о том, что вижу, свидетелем каких событий в обществе становлюсь. Правильное называю правильным, а неправильное – неправильным. Как следствие этого другие могут воспринимать меня как политика, а в реальности это не так.

- Взяв под защиту на судебном заседании «Альфу», вы в одно время подверглись неприязненным мнениям большинства. Какими сейчас вышли результаты, смогли ли вы убедить недовольную сторону в своей правоте?

- Я понимаю, погибло много ребят. Сначала породило чрезвычайные трудности выйти на защиту ребят, обвиняемых в тяжком виде нарушения закона. Но я всегда на стороне закона. Закон не должен политизироваться. Они обязаны охранять государственный объект. А мы их судим за выполнение обязанностей. Бедных ребят мы сначала подчиняем закону, а в конце судим. На это я говорю: в таком случае снимите государственную охрану. Сейчас большинство, более того, даже экс-президент Отунбаева находится под государственной охраной. Не нужно, тогда пусть прекратят охрану.

- Когда завершится судебный процесс?

- Возможно, скоро завершится. Но я не верю, что он будет справедливым. И решение выйдет в политическом русле. Потому что они хорошо понимают: Бакиева освободили, из главных виновных больше никого нет, и как им можно кого-то не сделать виновным? Конечно, такие действия не соответствуют закону. Судебный процесс показал, как очень плохо сделаны судебные расследования. Не все потерпевшие 7 апреля получили повреждения перед Белым домом. В списке есть покойник, получивший травму головы тяжелым тупым предметом возле Восточного автовокзала. Некоторые погибли от пулевых ранений во время ограбления Генеральной прокуратуры. Встречаются случаи, когда некоторые отказываются от дачи показаний. На каждом судебном заседании мы сталкиваемся с подобными противоречиями. На одном из таких процессов руководитель «Мекен шейиттери» Осунбек Жамансариев говорит мне: «Вы и из этого делаете вопрос, ладно, уберем их из списка потерпевших» То есть, это стало всего лишь игрушкой. И народу надоело, и нам надоело. Но мы обязаны дойти до конца как профессионалы.

- «Мекен шейиттери» продемонстрировали гонения на судей, вынесших оправдательный приговор экс-депутатам «Ата Журта». А сегодня президент вынес решение о снятии тех судей с должностей. Как вы смотрите на это?

- Весь вопрос возникает из-за того, что Генеральная прокуратура до сих пор представляет состав преступления в противоположном виде. Предъявленную ею статью 295 («насильственный захват власти») обвиняемым судьи городского суда изменили на «хулиганство». Приняли правильное решение. Те полностью выплатили за это. Я не осведомлена о вынесении решения президентом об освобождении с должностей судей, но если это так, то это сигнал для всех судей, негласное предупреждение: «Судьи, не выполнившие задание Белого дома, вот так будут сняты с работы».

- Говорилось, что из трех человек, основавших Движение сопротивления, одной являетесь вы, но в презентации вы участвовали как гостья. Это Бегалы Наргозуев пояснил так: «Возникли противоречивые мнения по программе». Какой раздел не удовлетворил вас?

- Во-первых, я хотела, чтобы объединение в Движении сопротивления происходило в расширенном виде. Оппозиция накопит очки только объединением. Но в программе оказалось не так. Во-вторых, там есть требование, чтобы фракция СДПК ушла в оппозицию, а остальные 4 фракции должны составить коалицию большинства. Но, простите, чем отличаются те же «Ата Мекен», «Республика» от СДПК?! За какой героизм они должны оставаться в коалиции большинства? Непонятно, какие новшества породит уход только одной СДПК в оппозицию при сохраненном парламенте ?

- Не организовано ли Движение как предлог пойти на торги с властью?

- Я так не думаю. Кому нужна должность? Наргозуеву? С кем бы торговался Суваналиев? С Атамбаевым что ли? Нет, такое невозможно.

- Некогда у вас были хорошие отношения с Т.Сариевым, О.Текебаевым, а сейчас вроде испортились. Вы критикуете действия Текебаева. Расхождения во мнениях возникли из-за политики?

- Отношения с Сариевым и сейчас хорошие. Темир понимает добро, незлобивый джигит. Он мне, а я ему помогали. А с Текебаевым мы здороваемся при встрече. Мы с ним поругались как-то перед судом по 7 апреля. Но я оцениваю человека не по самому человеку, а по совершенным им делам. За многие выходки Текебаева я не уважаю его, он оказался замешанным в мародерствах. Ему как руководителю в первую очередь надо было принять решение об очищении внутри партии. Он не смог пойти на такие шаги. Это одно. Второе – он написал Конституцию, подстроив под себя. И за эту выходку не уважаю его.

- А какие его дела можете назвать заслуживающими уважения?

- Написанный закон о судебной реформе заслуживает признательности. Хотя Алмаз Атамбаев является президентом, но для него эта вещь не стала значимой. В принципе по многим вопросам он оставляет впечатление о себе, как поверхностно скользящий мыслью, не углубляющийся в размышления человек. Да, в некоторые моменты он становится чрезмерно эмоциональным, доходит до того, что в выступлении пускает слезу. Взывает к Богу. Но его совсем нет в выполнении должностных обязанностей. Текебаев написал закон о судебной реформе, президент подписал его. Через полгода снова отозвал его и снова взвалил на руки новый пакет. Это же свидетельствует о том, что он глубоко не вникает ни в один вопрос.

Я не знаю, какой еще президент относится столь безответственно к законам? Кто будет ответственным, если безответственность достигла высшего уровня? Как может президент глубоко не проанализировать подписываемый им закон, поверхностно взглянув на него, а потом через полгода снова отозвать его? А ведь по тому закону живет вся страна. Чрезвычайно импульсивный человек, кто и что скажет, в ту сторону он и разворачивается. Если сегодня скажет одно, то завтра в другом месте заявляет абсолютно противоположное мнение. Мы уже окончательно привыкли к этому. А Текебаев не такой. Поэтому мы можем быть благодарны ему за закон о судебной реформе. В то же время есть неважно написанные законы.

Текебаев также правильно поднимает вопрос о Батукаеве. Если из этого вопроса не сделают результативных выводов, то раз такое дело, давайте прекратим все уголовные дела. Вот и Нариман Тюлеев сидит в заключении, чем он хуже Батукаева? Батукаев сидел за убийство человека. И если по нему дело спустят на тормозах, то Текебаев как опытный политик правильно понял - завтра же найдутся те, кто скажут: «Вы освободили Батукаева, а почему меня держите в заключении?»

- Вы сказали, что цените по совершаемым делам, но ведь иногда и хорошие люди допускают ошибки?

- Раз люди, то ошибаются. Неверно отвергать другие хорошие дела из-за одного недостатка. Такому отношению подвергся мой друг Мелис Эшимканов. Да, он делал некоторые неверные шаги. Но в отличие от множества других политиков у него были человеческие качества, рядом с ними он превращался в ангела. Облили грязью. Он же не совершал преступления, чтобы совсем оттеснить в сторону. Поэтому прежде чем давать оценку человеку, надо взвесить на весах, чего больше, хороших или неважных дел.

- Говорят, что в последнее время жизни Мелиса Эшимканова из друзей рядом с ним остались только вы.

- Не только я была. Оказывали поддержку Кубатбек Байболов, его супруга Нуржамал Сатаровна. У Мелиса имелись мужские качества, не похожие на других, он был лучшим. Как бы ни было тяжело, он не плакал. Забыли, что его называли отцом кыргызской журналистики, он порождал новизну. Любил поэзию. Только с Мелисом и Кубатбеком Байболовым возникали возможности обсуждать и другие темы, помимо политики. Байболов ведь великолепно поет. В общем, всесторонне одаренные творческие люди. Мы с Мелисом мало говорили о политике, вели разговоры о философии, кино, о жизни.

Ему не нравилось, что я не очень хорошо знаю кыргызский язык. Постоянно корил: «Говори по-кыргызски». Говаривал: «Отвезу тебя к Кубату аке и оставлю на месяц. А через месяц, хочешь или не хочешь, ты не только будешь говорить по-кыргызски, но даже запоешь». Часто вспоминаю эти его слова. У него из уст не сходило имя Кубата аке (Кубатбек Жусубалиев – ред.), я с ним совершенно не знакома, знаю по рассказам Мелиса. Тот человек, оказывается, подарил ему нарисованную самим картину, показывал мне. Была оригинальная картина.

 

 

 

 

Источник: газета «Баягы асаба» № 3 от 17.10.2013 / стр. 8

  https://www.gezitter.org/interviews/24686/ Ссылка на материал: