А.Мадумаров, лидер партии «Бутун Кыргызстан»: «Сегодня Кыргызстан - это государство, напоминающее дом без хозяина»

Автор: Наралы АСАНБАЕВ
Жаны Ордо Жаны Ордо
Обратите внимание на дату публикации.

- Адахан Кимсанбаевич, только недавно произошло два события, наносящие ущерб целостности нашего государства. Узбекские граждане из анклава Сох в Баткенской области вошли на кыргызскую землю, забрали в заложники наших граждан. Конфликт в  Узгене китайских граждан с местным населением. Начнем разговор с этих событий. О чем говорят такие явления?

- Корень этого в простой вещи. На встречах с народом я всегда привожу пример. У дружных, понимающих друг друга отца с матерью дети бывают воспитанными и сильными. А когда отец говорит одно, а мать - другое, опровергая сказанное отцом, дети тоже делятся надвое. В такой семье не бывает стабильности, благополучия. Наподобие этого, Кыргызстан сегодня - государство без хозяина. У кыргызов есть древнее выражение: «Бесхозным домом управляет гость». Вот это и есть бесхозный дом. Мы привыкли: «Виновата только власть, это она так сделала, это происходит как последствие дел власти». Нам надо немного притормозить, почувствовать, что недостаток есть и в нашем народе. Потому что какая власть, такой и народ, какой народ, такая и власть. В свою очередь большинство не прислушивается к людям, не жалеющим себя ради государства. Наоборот, тех, кто наполнит ему карманы, накормит досыта, даст потанцевать, спеть песни, называет: «Вот он молодец». Когда такие люди приходят к власти, от власти уходит уважение и авторитет. Когда не понимающие своих обязанностей сидят во власти, то внутри и снаружи государства происходит хаос. Последствия этого чувствуют и замечают не только люди, живущие в Кыргызстане, но находящиеся за пределами страны граждане Кыргызстана.

К событиям в Куршабе подвело то, что я назвал: «бесхозным домом управляет гость». Да еще не посчитались с нашими блюстителями порядка, избили, что для государства должно прозвучать как удары колокола. Вот эти же граждане работают в России, очень хорошо знают. Там они не выходят из подвалов, не то, чтобы оговариваться с кем-то, даже боятся показаться на глаза простому сотруднику миграционной службы. Следовательно, то государство благополучное, законы работают. А у нас заходят на рынки и, если надо, доходят до того, что хозяйничают с ценами. Они дошли уже до торговли айраном, сливками, молоком. По данному событию у меня есть более подробная информация. Они (китайцы) гурьбой по 10-15 человек громко и шумно вошли, были такие слова: «Дашь яйца за столько-то? Отдай айран просто так?» Мы, кыргызы, Богом данный народ. Трудно найти такой щедрый народ, гостеприимный «кыргызчылык»: «Они же приехали в чужую страну, к чужому народу. Бедный странник, попей чай, ты, оказывается, замерз». А у тех молодцев могла появиться мысль: «Они (кыргызы) так ведут себя, потому что боятся нас». В их сознании, мировоззрении нет такого понятия, как войти в дом, расстелить дасторкон, подать еду. Для них это чуждая культура. Они решили: «Оказывается, мы можем заходить в любой дом, покушать, взять кое-что». Точно так же пошли на базар и сделали так. Это событие возникло не в один день. Речь не о краже сотового телефона, вопрос лежит в другой плоскости. Один наш гражданин пошел на дело, не соответствующее кыргызской культуре. Это стало только «спусковым крючком». Говорят, положение и без того уже  подошло к пределу. Начиналось зарождение недовольства повадками китайских граждан. То, что расположенное в городе Оше генеральное консульство Китая приехало, собрало сельское население, попросило прощения у народа и тотчас увезло всех (китайских граждан), мы должны понимать как существующее уважение этого государства к Кыргызстану.

- А сохские события?

- Сох - это тяжелый вопрос, не решаемый десятки лет. Я далек от уверенности, что он решится в ближайшее время. Для решения вопроса нужна политическая воля руководства двух государств. Это первое. Второе – местным руководителям следует использовать народную дипломатию. У нас ведь есть бьющие себя в грудь любители родины, сказанное ими не стоит ничего. Они, видимо, так поступают от непонимания, или недостаточного уровня мышления на государственном уровне. Единственный очень большой вопрос в Ошской, Джалал-Абадской, Баткенской областях – это граница. На сегодняшний день для решения данного вопроса путь – нужен один молодец, способный вести единую политику в трех областях. Для этой личности нужна легитимность между тремя государствами. Я говорю не о юридической, а о социальной стороне. Это должен быть молодец, обладающий доверием народа. Некогда ныне покойный Бекмамат Осмонов создал организацию «ФАНО» для решения этих вопросов. Он говорил: «Мы решим эти вопросы народной дипломатией через представителей местной власти». Руководителем той организации был Бекмамат Осмонов. «ФАНО» - это аббревиатура слов Фергана, Андижан, Наманган, Ош, Жалал-Абад. Именно во время работы этой организации не было подобных конфликтов. Если бы тогдашний руководитель Кыргызстана отставил в сторону ревность, зависть, не цеплялся, не нападал, не думал, что Джалал-Абад становится самостоятельным, и оставил в покое, то, возможно, без вмешательства  президентов двух государств могло бы многое разрешиться с помощью народной дипломатии. Эта организация была правильно создана. Очень сильными были в организации экономические, культурные, торговые, спортивные взаимоотношения. Вы помните, одно из собраний проходило в Намангане, второе в Джалал-Абаде, третье в Фергане, четвертое в Оше, работа шла мощно. К сожалению, стало привычкой бить по ногам и валить что-то хорошо работающее.

- Вроде говорят, что указанная организация была упразднена после шуточных слов Бекмамата Осмонова: «Может быть, не будем унижаться, вы перед Ташкентом, мы перед Бишкеком, да и объединимся в Кокандское ханство?»

- С целью показать Бекмамата Осмонова в плохом свете так называемые политики, не выходящие за окрестности Бишкека, распустили эти сплетни. Такие, как Бекмамат Осмонов, личности с высоким чувством любви к Родине встречаются крайне редко. Могут ли на сегодняшний день руководители Оша, Джалал-Абада, Баткена разговаривать с коллегами так, говорил тот человек? Не могут говорить. Не то чтобы говорить с коллегами, даже боятся по телефону позвонить. Потому что руководители областей Узбекистана, Таджикистана – полноценные руководители. А наши временщики. Сами не знают о своих полномочиях. Не могут поставить на должность одного районного акима или снять с должности одного районного акима, даже областные отраслевые руководители их не слушают. Поэтому с государством, в котором нет порядка, дисциплины, никто не хочет разговаривать.

- Адахан Кимсанбаевич, здесь возникает еще один вопрос. Если президент Кыргызстана, думая о судьбе Кыргызстана, задаст вам следующий вопрос. «Адахан Кимсанбаевич, вы хорошо понимающая политику личность. Возьмете ли вы на себя ответственность, пойдете ли на решение этого вопроса, если мы предоставим вам должность в ранге вице-премьер-министра?» Как бы вы ответили? Я задаю этот вопрос, потому что в газетах вышла информация: «Мадумарову поступило предложение руководить Баткенской областью, а он отказался, мол, эта должность не моего уровня».

- Наверное, это личности, желающие еще раз представить Мадумарова в ненавистном свете. Есть «молодцы», выскакивающие из середины. Есть аксакалы, говорящие: «Вдруг случайно может поступить такое предложение. А мы уже заранее распространим такие сплетни». Этот вопрос скорее решится народной дипломатией, нежели государственной дипломатией. Я как политик могу переждать, потирая руки: «Пусть сегодняшняя хаотичная политика дойдет до своего завершения». Это политический расчет. После парламентских выборов, когда мы прошли в Жогорку Кенеш, наши голоса аннулировали, но благодаря нашим голосам еще одну партию вытащили за уши и провели в парламент. Атамбаев, очевидно, в какой-то степени чувствовал себя виноватым, тогда было сказано о Баткенской области. В тот момент я воспринял это как намек: «Вы прошли в парламент, но «не прошли», для примирения сказал, не пойдешь ли пока туда?», поэтому я высказался против. Дело в том, что ситуация тогда не была столь острой как сегодня. За два года ситуация чрезвычайно обострилась.  От согласия пойти руководителем Баткенской области пограничный вопрос не решится.

- Если предложат должность в ранге вице-премьер-министра, тогда Мадумаров пойдет?

- Сомнительно поступление такого предложения. Потому что сильно чувство: «Пусть у нас государство исчезнет, лишь бы мой соперник не стал сильным». Акаев в свое время предлагал мне пойти в Джалал-Абадскую область: «Вы станете самым молодым губернатором». Я ответил: «Спасибо за предложение, но я не хочу уходить оттуда через 3 месяца под крики «кетсин». Предлагал, что впоследствии будет объединено два министерства, будете большим министром. Говорил, что объединит Соцфонд и Министерство социальной защиты. И тогда я отказался. И Бакиев после моего ухода предлагал много должностей. И тогда я отказался. И сейчас у меня нет намерения сразу бежать туда, куда позовут. Но для решения сегодняшнего вопроса, если буду уверен, что найду общий язык с руководителями двух областей, то в обязательном виде ради кыргызского народа и государства должен пойти и сделать. Если от твоего высокомерия, надменности пострадает государство, то это указывает, что ты далек от человечности. Но, идя туда, ты во всех отношениях должен обладать полноценными правами. Потому что здесь есть 2-3 молодца, пришельцы с другой планеты, которые скажут: «Вот так случилось, он взял все вопросы в свои руки, начал сам решать». Они же, вливая в уши президенту, могут бросить огонь между нами. Их цель эта. Разжечь огонь между двумя хорошими людьми, не дать развиваться в интересах государства.

- Когда депутат Жогорку Кенеша Улукбек Кочкоров по вопросу границы зашел к президенту переговорить, президент ему сказал: «Этот вопрос сейчас не можем решить. Если через 3-4 года президент Узбекистана умрет, тогда мы решим этот вопрос». Разве это те слова, которые должен говорить президент?

- Во-первых, поскольку я не присутствовал во время разговора их двоих и высказывания тех слов, то не могу точно сказать, что он так сказал. Во-вторых, эти слова сказал не человек с улицы. Говорит депутат Жогорку Кенеша. В-третьих, если это был конфиденциальный разговор, эти слова нельзя выносить наружу. Этими словами наносится удар не по Атамбаеву, это удар в адрес Кыргызстана. Международные отношения требуют тактичности, высокой культуры.

- Но ведь и президент тоже должен говорить на таком уровне?

- Этот человек не должен быть пасть до такого уровня. Если на то пошло, даже если сидишь с родным братом или сыном, нельзя говорить слова, наносящие ущерб государственным интересам. Во время Первой мировой войны 1812 года у Кутузова спросили: «Какого вы мнения о Главнокомандующем?» - Он ответил: «Каково мое мнение, знает только подушка, на которой я сплю». Должен быть такой уровень. А раз обнародуются подобные слова, то остывают взаимоотношения между двумя государствами. Нехорошо, если пострадает два народа. Я прочитал интервью Жаныша Рустембекова, услышал его слова: «Сделал очень грубое отношение к руководству родственной нам страны, нанес некоторый вред». Быть руководителем государства - это чрезвычайно трудно. Для этого необходима «тяжеловесность». В свое время Абсамат Масалиев продемонстрировал тяжеловесность, но сегодняшние молодцы постарались обрисовать это как проявление трусости. Тяжеловесность - это не признак трусости, а признак ума. Порывистость это не решительность, а признак глупости.

- В народе говорится, что в бытность вашу государственным секретарем вы отдали таджикам земли?

- Наоборот, мы же убрали мост в Кок-Таше. В Кыргызстане, если любой человек на должности «придавит» Мадумарова, он обязательно станет заметным. Обычный корыстный расчет: «Он, оказывается, против того, я его должен приблизить к себе». Была программа «Национальные независимые кыргызские автодороги», которая должна была завершиться к декабрю 2010 года. В нее были включены 4 больших проекта: Ош-Сары-Таш-Иркештам; Бишкек-Нарын-Торугарт; Бишкек-Талас-Тараз; Ош-Баткен-Исфана. В программе предусматривалось, что, выходя в любом месте Кыргызстана, дорога не останавливается перед землей другого государства, а приводит в Бишкек. В 2007-2008 годы были периоды, когда в год строилось по 1 200 кмдорог. Некоторым руководителям подобало бы не сидеть и говорить, а поехать на эти земли и посмотреть, и получить на местах информацию. Какие были мучения! В тех местах располагались таджикские пограничные военные силы. Если вы помните, возник даже большой скандал между руководителем айыл окмоту села Кок-Таш с сотрудниками пограничной службы Таджикистана. Мы тогда эту дорогу перевели в ведение Кыргызстана, обеспечили такое положение, чтобы машина, выходя из любой точки Баткенской области, не проезжала  через территорию другой страны, а безостановочно могла направляться в Бишкек. Думаю, это стало большим достижением. В 1986 году в газетах вышел большой скандал под заголовком «Война кетменей» между Масалиевым и Махкамовым. Почему Лейлек, Кадамжай, Баткенская область отдают много голосов Мадумарову? Вот они ценят выполненную работу, отдают должное. Полно политиков, не ступивших ногой в Баткен, которые сидят в Бишкеке и проводят политику. Ну, пусть говорят.

- Вы сказали, что по данному вопросу никто не будет вести переговоры с нашими руководителями. Никто не считается с кыргызской властью на международной арене?

- Могут как культурное государство отнестись прохладно, мол, они тоже член ООН. Когда в дороге незнакомый человек здоровается с тобой, ты же отвечаешь на его приветствие. Не интересуешься, кто он такой, почему со мной поздоровался. Так и здесь. У нас традиция, спрашивают о состоянии скота, благополучно ли оно. И вот это все время крутить по телевидению, объявлять на весь мир: «Со мной поздоровались, спросили о состоянии скота», - нет в этом необходимости. Насколько крепко мы усилим наши взаимоотношения с Россией, Казахстаном, Узбекистаном, Таджикистаном, настолько мы выиграем. В особенности пока мы не укрепим отношения с государством, с которым нас разделяет одна улица, нет необходимости кидать шапки до неба в ликовании, что дальние государства спрашивают о состоянии нашего скота. У кыргызов есть хорошая поговорка: «Какая польза от обширности мира, если твои сапоги жмут ноги?» Если ты не можешь выйти за ворота собственного дома, то какая польза от мира в мире? Народ никогда не желает беспорядков. Пусть хоть в Узбекистане, Таджикистане, Кыргызстане. Народу нужен только мир, согласие. Он сам находит себе пропитание на земле. Земля – это вода. Вода – это Торткуль, Исфара, Сох. Возникает спор за воду. Если ты сидишь в Бишкеке, то напиши хоть 90 постановлений, но если между двумя народами нет понимания, согласия, то нет пользы от твоих постановлений. В бытность свою государственным секретарем я сдружил Нарынскую область с Пензенской областью, мы связали Иссык-Куль с Свердловской областью. Я начинал переговоры по сотрудничеству Чуйской области с Кемеровской областью. Зачем? Проезжая по объездным дорогам вокруг Бишкека, вы видите сидящих вдоль дорог крестьян, которые не могут распродать свою картошку, лук, чеснок. А Кемеровская область живет китайской продукцией. Можно было бы поставлять туда экологически чистую сельскохозяйственную продукцию, а от них получать древесину, и на северном, южном побережьях Иссык-Куля строить из чистой сосны качественные двухэтажные дома. Когда я предлагал эту программу, президентом был Курманбек Бакиев, а премьер-министром Феликс Кулов. Он, глядя на Кулова, сказал: «Смотри, каким стратегом он стал». Скажу ради справедливости, Кулов тогда сказал: «Прошу оставить его на месте как моего заместителя». Я тоже просил должность вице-премьер-министра для усиления внешних культурных связей, а не государственного секретаря. Но он (К.Бакиев) уперся: «Нет, я принял такое решение. Ты должен рассмотреть этот вопрос». Это вчерашняя история. Кулов жив-здоров, можете у него самого спросить.

- Мне приходилось слышать, что во время обострения земельного вопроса с таджиками Адахан Мадумаров на встрече с президентом Таджикистана решил вопрос одним словом. Где и какие были переговоры?

- Это было поднято в Душанбе. Мы, кыргызская делегация, поехали с официальным визитом. Тогда Роза Отунбаева была министром иностранных дел, а я вице-премьер-министром. В Душанбе есть резиденция № 6. Они только что построили ее. Тогда Эмомали Рахмон продемонстрировал родственные, добрососедские чувства, сказал, обращаясь к Курманбеку Бакиеву: «Здесь я даю званый обед в честь третьего президента. Первым был президент Америки, вторым президент России Путин, а третьим - оказываю уважение вам, моим самым близким соседям, родственникам». Это событие стало историей. Ныне здравствующие люди не дадут мне возможности ни убрать, ни добавить ни одного слова. Первым слово взял Эмомали Шарипович: «Добро пожаловать!», а затем дал слово президенту Кыргызстана Курманбеку Салиевичу. За столом управлял сам Эмомали Шарипович, спросил у Курманбека Салиевича: «Кому дадим следующее слово?» Курманбек Салиевич показал на Розу Отунбаеву, сказал: «Дадим слово министру иностранных дел». На что Эмомали Шарипович ответил: «Мы сидим в Душанбе. Это восточная культура. Я  дам слово своему другу Адахану». Создалась очень неловкая ситуация. Я поблагодарил: «Мы не сегодня знакомимся. Мы с Эмомали Шариповичем знакомы еще с 1995-1996 годов, когда он был в своем Жогорку Кенеше, а мы находились у себя. Нас познакомил Манас. Мы, кыргызы, распространились от Манаса. Супруга Манаса Каныкей – из ваших сестер. Следовательно, мы на сегодняшний день приходим к своим дядям (тагаларга). Племянники относятся к дядям с уважением и почтением. А дяди обязаны выполнять просьбы племянников. Это традиция, установившаяся до нас, слова, высказанные до нас. Следовательно, за два народа Центральной Азии, два государства, имеющих великую историю». Он (Э.Рахмонов) вскочил с места, захлопал в ладоши: «Впервые прозвучали такие слова. Вы обязательно организуйте дни кыргызской культуры в Душанбе, мы соскучились по кыргызам». Это и были мои мысли. Когда мы поехали в Душанбе, проводили дни кыргызской культуры, Эмомали Шарипович сам попросил: «Не только в Душанбе, но пусть посмотрит и наш простой народ в областях, поезжайте в области? Создам все условия». Вот это президент, любящий свой народ и землю. Артисты нашей филармонии два дня объезжали села. Наша вторая встреча состоялась в Москве, Кремле. Когда там ему сказали, что не пропускают в дороге, создаются трудности, он вызвал своего секретаря Совета безопасности и сказал ему: «Как надо, так и реши вопрос, чтобы второй раз Кыргызстан не ставил мне такой вопрос». Я горжусь, что вопрос решился таким образом.

- Вы говорите, что сейчас внешняя политика в неважном положении. Если такая политика продолжится, то есть ли основания для возникновения нашего беспокойства, что кыргызское государство выйдет из доверия соседних стран и станет отчужденной от стран Средней Азии?

- С точки зрения сегодняшней реальной жизни мы оказались в том положении, о котором вы говорите. Между нами и другими государствами не звучат доверительные речи. Когда во времена Советского Союза возникла проблема на Дальнем Востоке, по решению политического бюро один из российских политиков, которого я по сей день глубоко уважаю и почитаю, Евгений Максимович Примаков был избран специальным представителем для ликвидации проблем на Дальнем Востоке. Вся внешняя политика проводилась под руководством этого человека. Он является необычайно большой величиной в политике. По некоторым вопросам надо переговорить по телефону. Заметьте, телефонные переговоры Путина по особо опасным вопросам с Бушем или Бараком Обамой. По телефону решают многие вопросы, не вынося наружу, составляют принципиальные соглашения, ставят с обеих сторон людей, эти люди проводят переговоры, готовят документы. Сегодня кыргызская власть не дошла до такого уровня. Вы читали заявление Ислама Абдуганиевича. А было ли заявление кыргызской стороны? Не было, тишина. Потому что во внешней политике нет личности, берущей личную ответственность на себя. Следовало переговорить с Исламом Абдуганиевичем по телефону, создать двухстороннюю малую группу, безотлагательно вести переговоры. Нужна группа, работающая с Казахстаном, Узбекистаном, Таджикистаном. Межправительственная комиссия делает свою работу. У нее вопросы преимущественно связанные с экономикой. В России работает специальный отдельный Институт по Америке и Канаде, самостоятельный Институт по Восточной Азии, отдельная группа по Европейскому Союзу. А у нас, если с утра настроение хорошее, говорят одно, а если к вечеру настроение падает, то говорят другие слова. Нестабильность. Об этом руководители соседних государств хотя не говорят открыто, но подают косвенные знаки. Вы тоже это замечаете. После того как один большой представитель России приехал, провел переговоры, по русскому радио ведь сказали: «В Кыргызстане власть сменяется быстрее, чем заканчиваются сроки наших соглашений».

- Сидящие сегодня во власти пришли ведь с критикой бывшей власти, мол, та все отдает. А сегодня они сами отдали «Кыргызгаз», говорят о своей готовности отдать до 70% всех ГЭС. Это и есть равноправие?

- Хотя ты бессильный, но должен быть надежным партнером. Разве ложь, что они говорят: «Так случилось, потому что не хватает газа?» Почему-то когда окончательно созревает какой-то политический вопрос, или же принимается однозначное решение, как тут же происходит авария в газовых трубах. Да еще такое происходит, когда дается прогноз погоды на морозы. Такие слова могут говорить тысячам, миллионам простого народа. Но понимающим людям известен корень вопроса. В проведении внешней политики роль играет принцип. Речь не о равноправии. Каким путем идти к равноправию.  Нет необходимости объявлять на весь мир, что русская сторона задолжала нам 12 млн. долларов. Для российского государства 12 млн. долларов это не деньги, мизер. Речь идет о том, в какой форме сказано. Она прощает долг в 7 млрд. долларов Ираку, Монголии списывает миллиардные долги. Речь о человеческом отношении к человеку. Криками ничего не решается.


 

Источник: газета «Жаны ордо» № 2 от 01.02.2013 / стр. 7-8

  https://www.gezitter.org/interviews/17677/ Ссылка на материал: