Аскар Акаев, первый президент Кыргызской Республики, академик: «Кыргызстан в последние 10 лет как корабль, плывущий в океане без капитана, без руля» (Часть V)

Автор: Бекен НАЗАРАЛИЕВ
Жаны Ордо Жаны Ордо
Обратите внимание на дату публикации.

- Аскар Акаевич, придя президентом, вы поставили на высшие должности своих «питерских» друзей студенческой поры, затем своих «аспирантов» из науки, близких единомышленников. Один из них – названный в народе «доссекретарем» Мисир Ашыркулов. Читателям известно, что поздней в его дом забросили гранату, он едва уцелел. Тогда на страницах газет  распространилась информация, что это было сделано в порядке предостережения, за этим стоял сам Акаев. Наверняка вы сами читали об этом. Послушаем вашу версию…

- Сказанное о нападении на Мисира это ложь. Известно, что и эти сплетни распространили мои враги с целью опорочить репутацию. В свое время множество кыргызской молодежи, похожих на нас ребят учились, получали образование в высших учебных заведениях Советского Союза. Вся молодежь очень сильно стремилась получить образование. Советская эпоха для подобной нам молодежи, вышедшей из простых семей, была сама по себе ренессансом. Советская эпоха дала нам Чингиза Айтматова, Болота Минжилкиева, Тургунбая Садыкова, Толомуша Океева, Болота Шамшиева, Бубусару Бейшеналиеву и других наших прославленных людей. Среди них я тоже учился в Ленинграде, получил образование. Вместе с нами учились Мисир Ашыркулов, Дастан Сарыгулов и другая молодежь, ставшая известной кыргызскому народу. Они оба были образованными грамотными людьми. Поздней, когда я стал президентом, привлек их к себе, дал должности. Поскольку вначале у меня не было знакомых, работавших на высших должностях, то поверил, как ты говоришь, «питерским» друзьям, своим «аспирантам».

Вначале мы все засучили рукава, с головой кинулись в работу. Конечно, там где работают, бывают успехи и недостатки. Если твои близкие люди допускают недостатки, то высказываешь им сильней, чтоб было примером для других, а если совсем плохо работают, то увольняешь с должности. Есть один недостаток кыргызской политической элиты, одно плохое качество. Как только кыргызские руководители уходят с должностей, они назавтра уже мчатся к оппозиции. В голову им не приходит мысль  «наверное, уволил за допущенный мной недостаток». Начинают говорить «во всем виноват этот Акаев, президент допустил ошибку». Наши политики не улучшатся, пока не перейдут через этот барьер. В свое время я не думал, что раз делаю им доброе дело, то они превратятся в моих непримиримых врагов. У меня тоже были чистые помыслы и чувства, как у молодых ребят, что по твоему выражению, мои «питерские друзья» поработают, засучив рукава для государства в два-три раза энергичнее и чище, чем другие. Я думал, что в самые трудные времена моей опорной горой будут эти друзья. Мои друзья со студенческой поры ради кресла, карьеры совершили действия против меня. Из-за личных амбиций, политической карьеры доверенные друзья предали меня среди бела дня. Как мы нападем на Мисира? Это правда, отношения между нами пошатнулись, не были прежними. Когда произошло нападение, я молился за его жизнь. Между нами вышли провокаторы, придумали уму непостижимые вещи. Оставляю на волю бога. Не буду оправдываться перед ними. У меня есть мысль, не сказать ли одну вещь. Упомяну ходившего среди них Сарыгулова Дастана.

- Аскар Акаевич, есть отдельный вопрос по Дастану байке. Дастан Сарыгулов – ваш «семейный друг» со студенческого времени написал буквально так в газетах: «Воровская семейная шайка Акаевых за счет воровства средств в энергетической отрасли с целью личного обогащения разделила энергетическую отрасль на четыре распределительные компании, и снова создала десятки частных компаний для продажи энергии оптом». Как смотрите на эти претензии еще одного вашего «питерского» друга?

- Оставляю Дастана Сарыгулова на волю бога! По мере своих сил, как ты говоришь, я повышал его, ставил на очень высокие должности. Как говорится у кыргызов «что у скотины снаружи, то у человека изнутри». Я не ожидал от близких людей удара ножом в спину, предательства. В энергетике мы сделали большую реформу. Уменьшились потери, воровство, чем было раньше. Близко знающие Дастана Исламовича люди хорошо знают, что он от природы из ненавидящих чьи-то успехи, завистливых людей.

- Наряду с этим, когда ваш сын Айдар женился на дочери Назарбаева, Дастан байке говорил: «Его жена Майрам Акаева просила 1 млн долларов как дополнение к свадьбе. Запрашиваемая ими сумма была чрезвычайно большой и после моего отказа дать деньги они меня выгнали из руководства «Кыргызалтына». Вы довольно хорошо повышали Дастана Сарыгулова. Вы сделали его депутатом Жогорку Кенеша, губернатором Таласской области, президентом «Кыргызалтына». Из-за чего испортились ваши отношения?

- Эти же Мисир Ашыркулов, Дастан Сарыгулов не выходили из нашего дома, получали много уважения от нас, вращались по одному нашему взгляду, такими были людьми. Раз зашел такой разговор, почему бы Дастану не рассказать, кто был тем посредником? Он говорит о миллионе долларов. Если бы мы просили у Дастана деньги, то просили бы без посредников. Он был нашим близким человеком, из людей, кто беспрерывно приходил в наш дом. Если бы так сильно нуждались в деньгах, то попросили бы у него самого. Правильно?

- Читатели тоже хорошо знают, что с Дастаном Сарыгуловым вы со студенческих лет делили пополам кусок хлеба. Были ли другие причины для его ухода с должности?

- Оказывается, власть и богатство портят людей. В голодные дефицитные студенческие годы не было более вежливого, услужливого, культурного человека, чем этот Дастан. Когда говорят, что у некоторых людей бывает лошадиный характер, мне вспоминается Дастан Сарыгулов. Мои друзья начали говорить, как изменяется его характер с каждым повышением по должности. Первое предательство Дастана Исламовича тоже вышло из-за золота. Ты сам знаешь, когда начался шумный скандал из-за золота, за это должен был отвечать Дастан Исламович. Потому что он работал председателем «Кыргызалтына». И поскольку он был депутатом Жогорку Кенеша, то депутаты в зале его поддержали. Вместо него Чынгышев получил выговор, ни за что ушел с должности. А ведь именно Сарыгулов должен был ответить за допущенные недостатки как руководитель "Кыргызалтына". И тогда Чынгышев не сказал мне хороших слов. Но если сказать по справедливости, будет правильней отметить, что как премьер-министр Чынгышев ушел с должности за допущенные Дастаном Исламовичем ошибки. Тогда я ждал, что Сарыгулов признает свою вину, но он не смог. Он дошел до того, что велел посадить журналистов, писавших об этом. Со сколькими журналистами он судился! 

Поздней у Сарыгулова вылезло еще одно скандальное дело по «Кумтору» в 1998 году. Он не получил поддержки правительства, без решения правительства единолично переговорил с «Камеко», дал им льготы. Могу назвать это очень большим преступлением. По закону он должен был получить решение правительства, потом предложить его, а потом снова предоставлять их по решению правительства. Дастан Сарыгулов совершил самоуправство, вынес такое решение от имени «Кыргызалтына». После доказанности этого мы выгнали его с занимаемой должности. Самое плохое, вызывающее сожаление, когда продает человек, которого ты считал близким другом. Он еще угрожал, обижался, как бы говоря «ты не защитил меня». Если в общественность просочились его такие грязные выходки, то как его защищу? Тогда слушались ли бы меня другие министры? Нет! Друзей тоже портят власть, должностная карьера.

- Дастан байке вроде совсем не говорит о представленных им льготах «Камеко»?

- Доказано, что он решил самоуправно, дал льготы канадцам. По закону должен был получить решение правительства и предложить правительству. Дастан Сарыгулов знал, что должен был предоставлять только по решению правительства, но от имени «Кыргызалтына» самовольно вынес решение и предоставил льготы. За это я должен был сказать ему спасибо, или должен был скрыть и утаить? Что я за президент, если меня игнорируют друзья. Оказывается, власть, должность сладка как бочка с медом. А потеряв мед, какие только слова не говорили вслед мои друзья, придумали пустые сказки, очерняли. Оставляю все это на их совести.

- Спустя 14 лет после ухода с президентской должности, кого можете назвать, ходивших рядом с вами и продавших?

- Наверное, известно, кто меня предал. Думаю, даже без обнародования их имен наш мудрый народ хорошо знает их. Среди политической элиты и сейчас много уважающих меня людей. Со мной связываются также люди не при должностях, поддерживают, говорят хорошие слова, пожелания. Таким людям говорю только спасибо.

- Можем ли узнать, кто вас поддерживал в ваши трудные дни?

- Нет. Мог бы сказать, но сказанное мной может им навредить. Не могу разглашать их имена, потому что некоторые работают на больших должностях. Сидящие во власти могут сказать «у него есть связи с Акаевым», выгнать с должности, подвергать гонениям. Среди них  встречаются и люди, имеющие большие бизнесы. Ясно, если назову их имена, станут чинить препятствия их бизнесам. Были случаи, когда некоторых побывавших у меня людей избивали, некоторые из них лежали в больницах.

- Аскар Акаевич, были избиты сильно поддерживавшие вас Абдыгул Чотбаев, Болот Жанузаков и Абдиль Сегизбаев.

- Правильно говоришь, я благодарен генералу Чотбаеву, Жанузакову, Сегизбаеву. Я им всегда желаю только здоровья, всего хорошего их семьям. Думаю, что и среди народа много поддерживающих меня. Можно преклоняться перед простым народом. Мое лицо светло, по мере своих сил работал для государства, я не пролил народную кровь. Придет время, у меня в душе есть хорошие светлые мечты, вера, что тогда-то мой мудрый народ защитит меня.

- Есть мнение, что во время тяжких невзгод рядом остаются только истинные друзья. После ухода с должности президента и переживания тяжелых моментов, кто из настоящих друзей студенческой поры прошел испытание временем, был рядом с вашей семьей, не предал вас и смог стойко выстоять?

- Говоря по правде, только настоящие друзья проходят через сито и остаются рядом с тобой. Я им говорю только спасибо. И я, и моя семья гордимся, что у нас есть такие, не продавшиеся богатству и власти друзья. Работавших вместе близких соратников, называвших себя друзьями, мы не смогли найти, когда нас постигли тяжелые дни, они сбежали как крысы с тонущего корабля. Конечно, не все. С настоящими друзьями мы и сейчас общаемся. Не могу назвать, кто они, потому что сыновья и дочери некоторых из них сотрудничают с сегодняшней властью. Их могут выгнать с работы под предлогом имеющейся связи с Акаевым. Полагаю, правильней не обнародовать их имена-фамилии.

- До выезда из Кыргызстана как президент вы подверглись тяжелым испытаниям, ваш госсекретарь Осмонакун Ибраимов, еще вчера готовый отдать за вас душу, превратившийся в «телезвезду» на КТР, по собственному желанию ушел с должности как крыса, сбежавшая с тонущего корабля. Что вы подумали об этом, когда услышали?

- Ну, я понял, только сам пережив, что 90% близких людей в политике предадут. Я же вначале сказал, эта власть портит всех. Такова судьба. Разумеется, меня сильно удивило  поспешно написанное заявление об уходе с должности таких, как Осмонакун мырза, о котором думал, что смогу опереться на него. Оказывается, плохо видеть, как первым сбегает с корабля. Пусть будут благополучны такие простые смертные. О таких не хочу даже говорить плохих мнений. Оставляю богу! Только так говорю.

- По баткенским событиям. На страницах СМИ было опубликовано сказанное вашим давнишним учеником, ныне покойным Медетом Садыркуловом: «Я занес в кабинет Акаева и отдал 500 тысяч американских долларов». Для нас осталось неясным, что это за деньги, почему Садыркулов внес в ваш кабинет. Давайте послушаем ваше мнение о тех деньгах…

- О покойных людях нельзя говорить плохих слов. Раз задается вопрос, наверное, мне правильней ответить. Только вчера поддерживавшие люди сказали: «Акаев брал миллионные деньги», доходили до очернения меня с целью получения должности у следующей власти. Среди них и Садыркулов. За очернение я уже тогда оставил его на волю бога, бог всему судья. Остановлюсь также на Медете Садыркулове. Это был именно я, кто ставил этого джигита на должности высокого статуса. После моего ухода с президентства стало удивительным, что Медет Садыркулов для получения должности, не моргнув глазом, в суде оклеветал меня: «Я положил в портфель 500 тысяч долларов и внес в кабинет Акаева».

По сказанному им, якобы я послал к председателю Национального банка Улану Сарбанову. Хотя нельзя говорить плохие слова о покойнике, но я скажу свою правду. Не пошла ему впрок купленная должность, полученная у Бакиева путем моего очернения. Вы видели, как закончилась его жизнь. Много и хороших людей, поддерживающих меня, из-за этого остались без должностей. Но они не сломались перед теми. Вышло ложью в суде после показаний председателя Национального банка Улана Сарбанова и министра финансов Султана Медерова сказанное Медетом Садыркуловым, будто я велел ему принести вон те 500 тысяч американских долларов. Сарбанов и Медеров в суде стояли до конца и сказали правду: «Мы никогда не давали Аскару Акаевичу 500 тысяч долларов денег! Более того, он не просил даже тысячу долларов!». Потеряли должности, но в суде сказали только правду, сохранили свое человеческое лицо. Я тысячу раз благодарен этим двум джигитам, говорю лишь спасибо за то, что сохранили мою честь. Я прошу у бога для них жизни и пожелания хорошего.

Пришедшая новая власть, тогдашний премьер-министр Данияр Усенов с генеральным прокурором Азимбеком Бекназаровым примерно год расследовали мое дело. И что нашли? Мало того, они думали «наверное, за границей» и за деньги наняли некоего Либермана. Некогда и латиноамериканцы пользовались услугами Либермана. Отдали ему около полумиллиона долларов, пытались найти мои богатства за рубежом. Нашли? Нет! Есть у меня самый ярый оппонент по имени Азимбек Бекназаров, он сказал «мы не смогли найти ни одного цента». После этих слов я никогда не буду оправдываться. Такое решение вынесла комиссия, искавшая богатства Акаева. Говорят же, мало ли что может произойти. Я бы ответил одним словом. Отобрали мои машины. Разграбили другое мое богатство, мне за это не обидно. Единственное сожаление у меня вызвало разграбление моей библиотеки.

- И до этого в каком-то вашем интервью я читал, как вам было горько и сожалели, что разграбили ваши уникальные книги, они пропали.

- Да, у меня одно лишь вызвало горечь - ограбление чрезвычайно уникальной библиотеки. Как у ученого эта библиотека была моим единственным богатством накапливаемым всю жизнь. И моя супруга ученая, со времени нашей совместной учебы в Ленинграде у нас были собраны крайне редкие книги. Я обращался к руководству России «помогите спасти мою библиотеку». В президентское время я столько книг привозил из зарубежья. Когда я бывал как президент в зарубежных странах с официальными визитами, президенты, короли, знавшие, что я ученый, дарили мне в подарок только редчайшие книги. Для меня не было большего богатства, чем книги. Во время визита в Иран их президент подарил мне многотомник, вышедший к 1400-летию Хафиза Саади. Реально, эта была очень редкая раритетная книга. Были книги, врученные мне в подарок лидером Китая Цзян Цземинем. У нас были книги чрезвычайно редко встречающиеся, раритетные. У меня внутри жгло, что они ограблены.

- Сказанные вами книги, о которых вы так сильно печалитесь, наверняка трудно купить даже за государственные деньги.

- Государство никогда не сможет купить такие дорогостоящие книги. Вот была у меня уникальная книга в 10 томах «Искандер наме», изданная в XV веке. Эти книги принесли бы больше пользы нашему будущему поколению. У меня была благородная мечта разместить все эти книги в президентской библиотеке.

- Какова судьба той упомянутой вами библиотеки?

- В бытность мою президентом Академии наук, Карыбек Молдобаев вызвал меня и сказал: «Аскар Акаевич, вот ты стал президентом Академии. Ты очень скромный человек, окажем помощь в бытовой жизни. Тебе дать дом или земельный участок?». Я поговорил, посоветовался с домашними, как говорится, посовещался, пришли к мысли получить земельный участок.

- Это тот дом на улице Боконбаева, где сейчас располагается Министерство молодежи и миграции?

- Да. Там жило много академиков. Однажды во время разговора академик Санжарбек Данияров сказал «возле нас есть пустующее место, попробуй попросить его?». Отношения с Карыбеком Молдобаевичем еще до работы в Центральном комитете были очень хорошими. Я сказал об указанном академиком Данияровым земельном участке, он сказал «помогу получить его», и вынес решение о выделении той земли. Тот земельный участок я получил как президент Академии наук. На собственные средства семьи я построил двухэтажный коттедж. Возле него стоял старый детский сад. Я высказал свою мысль построить там библиотеку, мои ученики Кубанычбек Жумалиев и другие  посчитали это правильным решением, поддержали, мы ту землю приватизировали под библиотеку. Начал ремонтные работы, большинство своих книг перенес туда. Многие раритетные книги стояли и в моем кабинете. Слышал, когда захватили Белый дом, вошли в мой кабинет, раскидали книги, большинство их порвали. Откуда знать тем людям цену и святость книги.

- Сколько в общей сложности тысяч книг было в вашей личной библиотеке?

- В моей библиотеке было свыше 5 тысяч чрезвычайно дорогих редчайших книг. Я не поморщился даже когда отобрали мою власть. Из-за этих слов могут подумать, что у Акаева болит душа только за вещи. Бекен иним, ты сам как творческий человек знаешь, что это за богатство многотомные произведения Хафиса Саади к его 1400-летию.

- Аскар Акаевич, подразумевая 14-летний период президентства, начиная с первых дней независимости, что можете сказать «я смог сделать то-то для Кыргызстана в установлении политической стабильности и экономически»?

- Пожалуй, я сказал в начале беседы. Мы первыми начали реконструкцию дороги Бишкек-Ош, объединяющую север с югом Кыргызстана. Это было нужно нашему народу как воздух и вода. Дорогу протяженностью 600 км мы построили за 300 млн долларов. Сейчас каждый километр дороги завершают за 10-20 млн долларов. Тогда мы построили дорогу очень экономно. В 1990 годы, слава богу, мы не остались позади соседних казахов, узбеков. В 2000 годы у казахов подорожала нефть. Поскольку мы быстро провели земельную реформу, то вышли вперед. Критикуют, мол, Акаев с Талгарбековым разрушили сельское хозяйство. По сравнению с другими нациями кыргызы раньше стали хозяевами земли. Сколько наших людей встало на ноги, они превратились в фермеров, предпринимателей. Остались сидеть те, кто взятые в колхозах, совхозах овец, скот вывезли на базар и продали за ничтожные деньги. Поедете в сторону Нарына, на джайлоо не помещается частный скот людей. Как президент я много объезжал юг. В те годы я своими глазами видел, как с приграничных с кыргызскими селами земель приходили с кетменями узбекские крестьяне работать на Кыргызстан. Глаза радовались, видя узбекских родичей с кетменями. Ведь они для повседневного заработка и пропитания приходили на работу в приграничные села Джалал-Абадской и Ошской областей. Мы своевременно провели земельную реформу.

- Во время вашего руководства страной, видимо, было завершено строительство Таш-Комурской ГЭС. Мы видели, что этот гидроузел был построен в очень тяжелый момент.

- Да, мы завершили и Таш-Комурскую ГЭС. Здесь мне необходимо подчеркнуть труды Бакирдина Сартказиева. Не говорится много о его огромном труде в энергетической отрасли. Народ быстро забывает людей-непопулистов. А он трудяга-человек, не популист.  В крайне тяжелое для энергетики республики время он вытащил ее из тяжелого состояния. Он сам никогда не хвалится за совершенные работы. За завершением работ Таш-Комуру напрямую стоял он. Во время Сартказиева были построены ЛЭП огромной протяженности. Мне правильней хоть с опозданием сказать, чтоб народ знал об этом.

- В те времена усложнилась мировая политика, был момент размещения в аэропорту Манас  вооруженных сил НАТО, США. Мне приходилось слышать, что ваш уход с поста начинается с Ганси. Насколько правдива услышанная мной информация?

- В какой-то мере ты говоришь правду. В то время наша авианавигация была новейшего образца в Средней Азии. Эту навигацию сделали французы. Французы установили аппараты новейшего образца и в Оше. Эта установленная навигационная аппаратура была удобной для всех самолетов. Американцы упорно просили. У меня была хорошая мечта, чтоб аэропорт Манас стал авиаузлом, соединяющим Европу с восточноазиатскими странами. Война в Афганистане усилилась, наши намерения не осуществились.

- Не оказывали ли на вас давление руководители России, говоря «отдал аэропорт Манас США и НАТО»?

- Прежде чем давать аэропорт Манас НАТО и США, мы сначала посоветовались с руководством России, а потом решились. Когда в США 11 сентября произошел теракт, их поддержал весь мир, Россия и Казахстан тоже поддержали. Мы тоже поддержали США, учитывая при этом вторжение боевиков в Баткен. На Баткенской земле в кровавой войне погибло около 50 наших молодых джигитов. Для уничтожения террористов генералы, руководители США просили аэропорт Манас только на год. Я помню, что поверив им, я совершил ошибку.

- Американцы не говорили вам как президенту о сроках своего ухода?

- Я полагал, как только кончится война в Афганистане, американцы уйдут из аэропорта Манас. Я поздней понял грязные мысли генералов США и НАТО. Оказалось, у них есть несказанные нам другие грязные мысли. Я ждал их слов, что скоро они уйдут из аэропорта. Они молчат, только тогда я заметил, что вооруженные силы США и НАТО тянут время и пришли на нашу землю на несколько лет. По их виду было не похоже, что собираются уходить. Об этом своими мыслями я поделился с Путиным, сделал предложение установить баланс против Ганси. Когда стало видно отсутствие намерения уходить от нас у вооруженных сил НАТО, Россия и особенно Китай стали беспокоиться. После этого я предложил ту авиабазу в Канте. Русское руководство очень правильно восприняло сказанное мной. В короткий срок решился сказанный мной вопрос.  В Канте разместились вооруженные силы России, появилось равновесие вооруженных сил. Немного погодя я поехал в Китай с официальным визитом, их руководители выразили мне большую благодарность. Китайские руководители сказали «когда у вас остались вооруженные силы США, у нас были вопросы к вам, но после размещения русских вооруженных сил вопросы сами собой отпали».

- Не было ли у американцев ревности, когда в Кант пришли военнослужащие русских?

- Американцы восприняли открытие военной базы в Канте чрезвычайно негативно. Оказалось, они не ждали от меня такого неожиданного шага. Ко мне и американцы хорошо относились, называли меня среднеазиатским Джефферсоном, более того, были случаи, когда меня приглашали в Гарвардский университет для чтения лекций.

- Когда американцы выступили против вас?

- Чуть позже размещения русских на военной базе в Канте в Бишкек приехал помощник госсекретаря США и, глядя на меня властно, сказал: «Мы решили разместить здесь «Аваксы». Вы как думаете, полагаем, вы поддержите наше решение?». Авакс это самолет с авиалокатором наверху. Как только этот самолет поднимается над аэропортом и взлетает, для него как на ладони видна половина Китая, вся Средняя Азия, Казахстан, половина России до Уральских гор и далее Иран. В общем-то, не было необходимости размещать тот самолет у нас, и Афганистану был не нужен. Держать его здесь не было надобности.

- Вы ведь своим решением разместить русских военнослужащих в Канте разрушили их вечный план. Наверное, прямой интерес для них представлял Китай.

- Очень правильно говоришь. Я тогда понял, что прямой интерес для них представлял Китай. Глядя на помощника госсекретаря, я открыто сказал: «Я не принимаю эти ваши слова. Потому что у нас стоят два соседа, великие державы. Сказанное вами абсолютно неосуществимо! Я не поддерживаю!». Нам нельзя было портить отношения со своим вечным соседом Китаем ради интересов США. По границе они отнеслись к нам по-дружески.

- Аскар Акаевич, мы слышали, что среди президентов у вас было прозвище «демократ». В свою бытность президентом вы по сравнению с другими соседними президентами были политиком больше склоняющимся к Западу. А они тоже высоко ценили Кыргызстан, называя «островком демократии» и поддерживали вас. Но было время, полномочный посол США у нас С. Янг, департамент, сенаторы очень часто приезжали в Бишкек, поддерживая находившуюся в оппозиции Розу Отунбаеву.

- Власть США крайне негативно восприняла, что я дислоцировал вооруженные силы России в Канте, и не разрешил дислоцировать АВАКСы в аэропорту Манас. Наверное, они думали «Акаев смирный, не смеет ослушаться нас».

- Вы думаете, почему западные государства, некогда сильно поддерживавшие, потом отвернулись от вас? Возможно, не смогли простить, что вы в последнее время стали в близких отношениях Россией? Конечно, не хотели услышать такой прямой ответ.

- Я сказал одному чиновнику из департамента США, что не согласен с его отношением к президенту независимого государства, его принижающими словами. У них появилась головная боль от прихода вооруженных сил в Кант. Этого не смогли простить. Они пришли с мыслью сколько угодно долго по своему желанию находиться в Кыргызстане. Они сделали через Отунбаеву, потому что Роза айым была агентом США.

- Более того, в народе ходили разговоры, что с целью выгнать Акаева из власти выделили огромные суммы денег, финансировали митинги. Как смотрите на критику, что Акаев стал жертвой основанной им самим демократии, НПО?

- В какой-то степени есть правда в сказанной критике. Но даже уйдя с должности я не отошел от демократических взглядов.

- Как воспринял ваш ответ помощник государственного секретаря США?

- Услышав мой ответ, он изменился в лице и со злостью сказал: «Сам знай! До этого мы оказывали помощь. Вини себя, теперь не поддержим!». Я тоже сказал «это решит сам мой народ». Он мне: «Ну, смотри», - у него испортилось настроение, ушел из моего кабинета. Безусловно, выйдя, он сказал мой ответ президенту США. А потом они по своим каналам дали задание убрать Акаева. До произошедшего у нас переворота совершили цветные революции в Грузии, Украине. Находящиеся на той стороне океана очень замечательно организовали этот переворот. А потом после моего отношения они стремились сделать такие революции и в Средней Азии.

- До сегодняшнего момента вы никому не говорили эту информацию?

- У каждой вещи свое время. До этого я около 10 лет эту информацию не говорил самому близкому человеку, им и во сне не могло присниться, что на каком-то пространстве Средней Азии президент маленького государства не посчитается с США. Люди в государственном департаменте сказали «что же это такое», были в шоке. Чтобы выгнать меня с должности, посольство США открыто начало против меня свои грязные дела. Они хорошо воспользовались сказанными тобой НПО.

- Вы думаете, изгнание вас с должности связано только со сказанным вопросом? А в народе ведь говорят о вопросе Узонгу-Кууша.

- Я сам человек науки. У меня и мысли не было стать президентом. Но раз избрал народ и стал президентом, поздней я тоже не возлежал или сидел просто так. Были времена, когда по 3-4 раза обходил Кыргызстан. Работал по мере своих сил. Сколько раз я объехал весь мир. Не лежал как другие президенты. В Кыргызстане не осталось села, куда бы я не поехал. Более того, чтоб увидеть Узонгу-Кууш своими глазами, я несколько раз облетел его на вертолете.

На той земле не располагались наши скотоводы. Во время Уркуна (Великого исхода) 1916 года мой отец тоже перешел в сторону Кашгара, мой старший брат Кучор родился там. Мой отец был неимущим бедняком. Мы в детстве все бедствовали, выросли. Была забота государства к человеку, желающему учиться. А сейчас дети неимущих не могут учиться. За границу уезжают учиться дети больших начальников и бизнесменов. Я не смог увидеть, чтоб учились дети бедняков. Мой отец говаривал что «наше глубинное происхождение – мы потомки хана». На земле уйгуров есть местность Кучор. Отец дал имя сыну по названию местности Кучор. Тот брат погиб под Ленинградом в 1942 году. Писатель Токтомушев тоже с односельчанами, со старшими братьями и нашими отцами бежали в Уркуне в Китай. Потом он написал поэму «Какшаалдан кат» (Письмо из сурового края). Наш Абдрасул агай красочно описывал нам, как они переходили через перевалы. Это очень сложные земли. Смерть отца тоже сама по себе была адской мукой. Чтоб увидеть Узонгу-Кууш своими глазами, мне пришлось несколько раз его облететь на вертолете.

(продолжение следует)

Источник: газета «Жаны ордо» №16 от 01.05.2015/стр. 3, 5, 9

  https://www.gezitter.org/amerikanskaja_aviabaza/39660/ Ссылка на материал: